?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Болботун и Болбочан
sfrandzi
Всякий, кто читал «Белую гвардию» Булгакова, помнит эпизодического героя – петлюровского полковника с колоритной фамилией Болботун. Появляется он в романе трижды: как персонаж газетных слухов, якобы взбунтовавшийся против Петлюры; как командир полка «Корпуса облоги», по своей инициативе предпринявший атаку Города в нарушение продуманного стратегического плана командира корпуса, полковника Торопца (=Коновальца); как участник парада на Софийской площади.
Обычно утверждается – как нечто не требующее доказательств – что прототипом Болботуна послужил известный деятель УНР полковник П.Ф.Болбочан (1883-1919). Но, если отвлечься от фамилии и звания – что мы можем найти общего в образе Болботуна и реальном Болбочане?
Петр Федорович Болбочан, сын священника, кадровый офицер русской армии, во время мировой войны полковой адъютант, после ранения служил в интендантстве. В 1917 году украинизирует Богдановский полк, превращая его в 1-й Республиканский пехотный полк, который и возглавил. В апреле 1918 года назначен комадиром 1-й Запорожской дивизии и во главе ее занял Симферополь, но по требованию немцев был вынужден оставить Крым. По убеждениям был правым националистом (принадлежал к партии социалистов-самостийников). Он был правее Петлюры и тем более полубольшевика Винниченко, но левее гетмана, что и определило его отношения с обеими силами. Летом 1918 года он интриговал против гетмана и пытался поддержать габсбургского претендента на украинский престол Василя Вышиванного (эрцгерцога Вильгельма Габсбурга), что вызвало слухи о восстании Болбочана против гетмана. Гетман даже издал приказ о расформировании Запорожской дивизии, но Болбочан приказу не подчинился, и он так и не был реализован. Осенью он советовал гетману заключить союз с украинскими националистами, каковой блок, очевидно, и отвечал бы его идеалам; а когда гетман вместо этого поставил на русских белогвардейцев, поддержал Петлюру, арестовав в ночь на 16 ноября губернского старосту (губернатора) и командира корпуса в Харькове, ирз Харькова двинулся на Полтаву и занял ее - в результате, Левобережье оказалось на стороне Петлюры. В должности командира Запорожского корпуса, фактически стал военным хозяином Левобережья. К величайшему скандалу для Директории (особенно Винниченко и той левой части, которая хотела строить "национальную" власть Советов) - Болбочан пресек все попытки создавать рабочие Советы (меньшевистские), чем немедленно вызвал в Харькове всеобщую забастовку, и даже расстрелял нескольких рабочих-активистов. В свом корпусе он, вопреки приказам Директории, сохранял погоды и формы чинопочитания и собирался собрать офицеров и генералов русской армии, объявив им амнистию за службу гетману.

Однако Директории приходилось считаться с Болбочаном, так как он был единственной реальной проукраинской силой на Левобережье. С началом войны с РСФСР, он был назначен командующим Левобережным фронтом. Однако в этом качестве он оказался замешан в заговор правых националистов против Директории с целью установления военной диктатуры, 22 января 1919 г. арестован собственным подчиненным, эсером-боротьбистом Волохом, и выслан в Станислав. Там вновь оказался замешан в заговор правых националистов против Петлюры, неудачно пытался захватить космандование корпусом, не скрывая, что намеревается выступить против "правительства марксистских изменников", коему Ленин и Раковский дороже, чем истинные патриоты Украины. Попытка, предпринятая с помощью военного инспектора (политического комиссара) Гавришки, провалилась, а Болбочан был судим и 28 июня расстрелян.
Итак, что же общего у этого исторического персонажа с булгаковским Болботуном? На первый взгляд – ровно ничего. Исторический Болбочан, кроме того что не участвовал в осаде Киева, был в тот момент самостоятельной крупной фигурой, не менее значимой, чем полковник Коновалец (булгаковский полковник Торопец), командир Осадного корпуса, одним из подчиненных которого выступает булгаковский Болботун. Судя по всему, Булгаков мыслит своего Болботуна как типичного представителя украинской, в тогдашней терминологии, "демократической" (марксисты прибавляли: "мелокубржуазно-демократической") стихии, столь красноречиво охарактеризованной в "Белой гвардии":

"И в этих же городишках народные учителя, фельдшера, однодворцы, украинские семинаристы, волею судеб ставшие прапорщиками, здоровенные сыны пчеловодов, штабс-капитаны с украинскими фамилиями... все говорят на украинском языке, все любят Украину волшебную, воображаемую, без панов, без офицеров-москалей".

Более того, Булгаков переносит на Боллботуна сюжет, связанный с атаманом Зеленым - именно Зеленый вопреки приказу Петлюры и Коновальцы самовольно ворвался в Киев, но был отброшен на Крещатике (у Думской площади, т.е. нынешнего Майдана) пулеметами юнкеров графа Келлера - одного из прототипов булгаковского Най-Турса.

Реальный же Болбочан в чем-то ближе к героям "Дней Турбиных", чем к "образцовому" петлюровцу: выпускник Чугуевского юнкерского училища, кадровый русский офицер, он весьма недоброжелательно был настроен к "демократии" и ее вождям, Петлюре и Винниченко. Иными словами, приняв идеологию украинского национализма, Болбочан по своей социальной психологии оставался представителем русской офицерской среды; только государственником он стал не русским, а украинским. В некотором смысле, это был украинский "белый". Даже и визуально Болботун и Болбочан антиподы: с фотографии на нас смотрит поджарый офицер с и нтеллигентной бородкой и умными глазами, тогда как в описании Булгакова "толстый, веселый, как шар, Болботун катил впереди куреня, подставив морозу блестящий в сале низкий лоб и пухлые радостные щеки."

Точка пересечения у этих двух персонажей, литературного и исторического, только в одном: и Болботун, и Болбочан являются героями слухов, будораживших гетманский Киев.
Очевидно, только в этом и состоит «прототипичность» Болбочана: не как реального военно-политического деятеля, а как героя слухов. В безумной – описанной Булгаковым и всеми мемуаристами – атмосфере осажденного Киева, когда люди буквально бредили наяву, ожидая спасения даже от «черных сингалезов», вполне мог – и даже должен был – родиться слух, что далекий и таинственный Болбочан выступил против Петлюры и скоро войдет в город избавителем. Тем более горькой и ироничной для киевлян оказалась правда, когда Болбочан начал фигурировать в газетных сообщениях как один из столпов нового режима. Именно эту иронию и передал Булгаков, когда вывел «восставшего против Петлюры» полковника Болботуна, первым врывающегося в обреченный Город.

  • 1
Нынче у части националистов Болбочан культовая фигура.

  • 1